Тема: Записки старого штангиста. Часть 1
Автор: Сурен Богдасаров
Дата: 23/10/2004 08:57
 
(Перепечатано из журналов "Мир силы")

Сурен Богдасаров

Я родился в 1920 году в Ташкенте. Детство было счастливым и беззаботным. Я очень любил своих родителей, особенно отца. Спокойный и мудрый, он наставлял меня: "Будь человеком, умей находить пути подхода к окружающим, не воруй, будь честен, стремись к справедливости." Ташкент в довоенный период считался центром культурной жизни Средней Азии и Казахстана. В нём было 12 высших учебных заведений. Я не помню ни одного случая, когда бы между русскими и узбеками возникали серьёзные недоразумения. Русский народ сам по себе олицетворяет доброту, мужество, решительность и уважение к другим народам. Ташкент утопал в садах и зелени, привлекая всех своими базарами. Чего только там не было... А чашка плова стоила в чайханах всего пять копеек. Впервые я взялся за гриф штанги в 13 лет. Тренера в нашей секции не было. Но зато были стремившиеся стать сильными ребята. А я очень любил сильных людей. Они привлекали своим внешним видом и добротой. Я много читал. Особенно привлекала меня история. Но денег на покупку книг не хватало. И мы посещали замечательную публичную библиотеку на улице Ленина, от которой до школы было 15 минут ходьбы. Занятия в школе начинались в 14.00. Ежедневно до 13.00 я проводил время в библиотеке. После школы я занимался в секции штанги, в основном самостоятельно. В 16 лет я стал рекордсменом республики, выжав в полулегком весе (до 60 кг) двумя руками 80 кг. В школе у нас был очень хороший спортзал. В нём имелись перекладина, брусья, конь, а главное - прекрасный преподаватель Андрей Андреевич Дурановский, который воодушевлял нас своим личным примером. В то время очень редко можно было встретить человека, недобросовестно относящегося к своим обязанностям. Всё воспитание было направленно на привитие патриотизма, любви к Родине. И в этом роль партии и правительства была несомненной и очевидной. 24 мая 1930 года "Комсомольская правда" опубликовала подборку материалов, объединённую заголовком "Крепкие мышцы и зоркий глаз нужны каждому трудящемуся". Газета выдвинула предложение ввести испытание готовности народа к труду и обороне: "Каждый комсомолец, каждый физкультурник, осоавиахимовец, каждый трудящийся должен иметь элементарные навыки бойца. Каждый из нас должен уметь ходить, бегать, плавать, метко стрелять, метать гранату, плавать". От этого выступления "Комсомолки" начал свою жизнь, своё движение вперёд наш славный Всесоюзный физкультурный комплекс "ГТО". Только за первые 10 месяцев значкистами ГТО стали около 450 тысяч человек, а в 1934 году значкистов ГТО стало 2,5 миллиона человек, в том числе 1 миллион комсомольцев. Среди первых значкистов были щахтёр Анатолий Стаханов, ткачиха Паша Ангелина, академики Ольга Лепешинская и Лина Штерн, братья Знаменские, первые герои Советского Союза лётчики Ляпидевский, Леваневский и Каманин. В июле 1931 года на физкультурном параде в Москве участвовало около 40 тысяч юношей и девушек, а в августе следующего года - уже 70 тысяч. В 1933 году впервые были проведены массовые гимнастические выступления с участием 20 тысяч гимнастов столицы, а всего в этом параде участвовало 105 тысяч физкультурников. В 1934-1935 гг. был проведён Всесоюзный военно-технический экзамен среди комсомольцев и молодежи. 700 тысяч человек стали "ворошиловскими стрелками"; 1200 тысяч - значкистами ГТО, 500 тыс. - совершили парашютные прыжки с вышки, 5 тыс. - с самолета, 250 тыс. - овладели кавалерийскими навыками. В 1934 году было установлено 200 рекордов СССР, девять из которых превышали мировые. Проведение физкультурных парадов в Москве стало традицией. Парады как бы подводили итог работы за весь год в области развития физической культуры. По окончании парада правительство, как правило, устраивало приём в Кремле. На этих приёмах спортсмены нередко брали на себя повышенные обязательства (побить рекорд, завоевать чемпионский титул и т.д.). Украшением парада 1936 года стало выступление выдающегося тяжелоатлета Серго Амбарцумяна. Для этого выступления специально изготовили снаряд в виде двух больших шаров, которые соединялись металлической трубой. В каждом из шаров было по 11 детей-футболистов. И всё это Серго нёс на своих плечах. Шёл он не торопясь, поскольку малейшая ошибка могла привести к трагическим последствиям. Когда он поравнялся с трибуной, малыши вылезли из шаров, быстро расставили условные ворота, и началась игра. Роль судьи выполнял сам Серго. Трибуны бурно аплодировали. Это событие запечатлено на документальных кинолентах, и мы помногу раз ходили в кино, восхищаясь силой чудо-богатыря XX века. Если даже принять средний вес каждого малыша за 30-40 кг, то вместе с шарами снаряд весил у Серго около тонны. На приёме в Кремле Серго дал Сталину слово побить мировой рекорд в тяжёлом весе в сумме троеборья, который принадлежал немцу Мангеру и равнялся 430 кг. После этого обещания прошло достаточно времени, но рекорд Мангера оставался непобитым. В 1937 году на приёме у Сталина была делегация Армении, и в конце приёма он спросил: "А где ваш Амбарцумян?". На это никто не мог ответить. Тогда Сталин напомнил (у него была отличная память), что Амбарцумян обещал побить рекорд Мангера, и приказал найти Серго. Обо всем этом мне рассказывал сам Амбарцумян в 1947 году, когда мы были с ним на сборах в Харькове. Амбарцумяна искали по всему Советскому Союзу, а нашли в московском институте физкультуры в 12 часов ночи. Серго мне говорил, что тогда ему было не очень приятно увидеть перед собой представителей НКВД. После уточнения личности ему предложили сесть в машину. "Когда машина тронулась, - рассказывал Серго, - в голове у меня вихрем пронеслась вся моя жизнь, и я не мог найти в ней ничего порочащего или преступного". Вдруг полковник НКВД сказал Амбарцумяну: "Сейчас заедем в ателье". "Это зачем?", - удивился Серго. "Вам нужно переодеться. Вас хочет видеть товарищ Сталин". Как только Амбарцумян узнал об этом, к нему вернулось самообладание и он сказал: "Никуда, товарищ полковник, я не поеду". Уговоры полковника были напрасны. Амбарцумян был категорически против, и машина поехала дальше. В Кремль прибыли в час ночи. В приёмной пришлось долго ждать. Только в 4 часа утра Серго сказали, что Сталин ждёт его. "Когда я вошёл в его кабинет, - рассказывал Серго, - Сталин поднялся из-за стола и пошёл мне навстречу. Я ускорил шаг, а он мне говорит: "Тихо, тихо, кацо, пол проломишь". Затем Сталин спросил: "Серго, а ты не забыл своё обещание?". Я ответил: "Нет". Сталин внимательно окинул меня взглядом с ног до головы и спросил: "Как живешь?". И не дождавшись ответа, произнёс: "Впрочем, и так видно". На прощанье он пожелал мне удачи. Когда я вышел от Сталина, меня встретил Микоян с портным и сапожником. С меня сняли мерку, и на следующий день же я был одет и обут во всё новое. Вскоре я уехал в Ереван. Там уже всё было готово для тренировки. Ко мне в Ереван был откомандирован и один из наших лучших тренеров Ян Юрьевич Спарре." Систематические и продуманные тренировки дали свои плоды. В 1938 году абсолютный рекорд сменил место своей "прописки" на Советский Союз: лучший результат Мангера оказался побит на 6 кг. За это достижение Серго был награждён орденом "Знак Почёта" и легковым автомобилем ЭМ-1. Слушая рассказ Серго, я вспомнил эпизод из истории Римской империи. Одна старуха пришла к императору Адриану на приём, но Адриан в приёме ей отказал, мотивируя это тем, что ему, мол, некогда. И тогда старуха произнесла: "Если у тебя нет времени, не будь императором". Руководитель государства должен иметь контакт со своим народом, чтобы находить лучшие варианты для решения сложных вопросов. В октябре 1938 года в Ташкент приехали сильнейшие представители тяжёлого веса на матчевую встречу. Для любителей железной игры это была приятная новость. Участники турнира жили в гостинице "Националь". Тренировки проходили в зале "Динамо". Мы, мальчишки, старались не упустить случая посмотреть на могучих атлетов: Якова Куценко, Николая Лапутина, Александра Степанова, Константина Назарова, Александра Ляпидевского, Михаила Кустодова. Не было лишь Серго Амбарцумяна - он как раз готовился к установлению мирового рекорда. Соревнования проходили в драмтеатре им. Свердлова. На этих соревнованиях я был ассистентом. Из-за ограниченности помещения попасть в зал могли не все желающие. Победил Яков Куценко. К тому же он установил мировой рекорд в толчке двумя руками - 169 кг. После соревнований был устроен приём, на котором присутствовало правительство республики. Тренер Мкртумян дал мне "задание" - следить за Ляпидевским: "Сколько он выпьет?" Приём продолжался до утра. Ляпидевский выпил 8 бутылок одного только шампанского, но так и не опьянел. Выступления сильнейших атлетов способствовало подъёму тяжёлой атлетики в Узбекистане. В 1938 году я зашёл в книжный магазин к знакомому букинисту. Он предложил мне купить воспоминания известного японского дипломата Исии под названием "Дипломатические комментарии". Из прочитанного я почерпнул много интересного. В XVI веке в Японии один за другим правили Ода Набунага, Тойотоми Хидейоси и Иэясу Токугава, которые стремились объединить страну вокруг сильного государства. У каждого из этих правителей был свой характер и своё мировоззрение, и каждый из них правил в силу своих дарований. Набунага был нетерпелив и своенравен ("Если кукушка не поёт - убейте её). Хидейоси был горд и деспотичен ("Если кукушка, не поёт - заставьте её петь"). Токугава же был терпелив и мудр ("Если кукушка не поёт - давайте подождем, пока она запоёт"). Я навсегда запомнил мудрость Токугавы, и стремление быть на него похожим сыграло не последнюю роль в моей тренерской работе. В 1939 году я окончил школу, через два месяца сдал экзамены в политехнический институт на геологоразведочный факультет. Учиться пришлось недолго. Над страной сгущались тучи войны. Все чувствовали её приближение. Партия принимала все необходимые меры, чтобы война не застала нас врасплох. В 1939 году призыву подлежали два возраста: лица, родившиеся в 1920 и 1921 годах. К моменту призыва я уже был рекордсменом и чемпионом Узбекистана. В то время известных атлетов по всем видам спорта специальным приказом командующего оставляли в частях округа. Тогда я не встречал ни одного призывника, который бы не хотел служить рядах Красной Армии. Если по какой-то причине парня не призывали в армию, для него это была трагедия. Кстати, Ф.Энгельс не считал полноценным мужчину, который не служил в армии. Статья Конституции гласила: "Служба в рядах Красной Армии является священным долгом каждого гражданина СССР". Я был направлен в г. Чирчик в 10-й лёгкий танковый полк. Служба в армии требовала дисциплины, трудолюбия и самое главное - беспрекословного выполнения всех приказов командиров и начальников. Самыми трудными были первые месяцы службы, когда идеё привыкание к жизни армии. Строгий распорядок дня требовал чёткого своего выполнения и не допускал расхлябанности и разгильдяйства. Командиры и политработники были очень внимательны к нам. Забота о солдате для командиров любого ранга была задачей первостепенной и обязательной. Помню, однажды кто-то из рядовых остался без завтрака. Об этом тут же было доложено командиру полка, майору Севостьянову и комиссару Николаеву, ибо это было чрезвычайным происшествием. Кстати, ещё Наполеон говорил: "Путь к сердцу солдата лежит через его желудок". В Красной Армии придавали очень серьёзное значение вопросам питания. В директиве главного политического управления Красной Армии было чётко сказано: "Пищеблок в армии является барометром, определяющим моральное состояние войск". Поэтому виновные были наказаны со всей строгостью, а солдата накормили в офицерской столовой за счёт дежурного полка. Я с особым уважением вспоминаю о Севостьянове. Он был патриотом, очень порядочным и смелым человеком, а во время войны стал Героем Советского Союза. Армейский распорядок позволил мне в свободное время заниматься спортом. Мне удалось привлечь к тренировкам несколько человек. И я стал передавать им свой опыт. Фактически это было началом моей тренерской работы. В 1940 году наша полковая команда на первенстве ТУРКВО по тяжёлой атлетике заняла 1-е место, и комполка объявил мне благодарность. Вторую благодарность я получил за погрузку картофеля. Запасы продовольствия регулярно пополнялись с окружных складов. Для доставки продуктов из дежурной роты выделялись солдаты, и однажды я попал в эту группу. Когда мы прибыли на базу, там был командир полка Севостьянов. Мы начали таскать мешки с картошкой, и он наблюдал за работой солдат. Каждый мешок весил около 50 кг. Мешок взваливали на плечо и бросали в грузовик. Иметь дело с тяжестями для меня было делом знакомым и я взял два мешка: один под правую руку, а другой под левую. По окончании разгрузки троим солдатам за хорошую работу командир полка объявил благодарность. В благодарности значилась и моя фамилия. В 1940 году я впервые участвовал на чемпионате страны в составе сборной команды Узбекистана. Чемпионат проходил в городе Минске в еврейском театре на улице Володарского. Перед открытием первенства от имени участников выступил выдающийся атлет Георгий Владимирович Попов. Закончил он свою короткую речь словами: "Если фашисты осмелятся напасть на нас, они будут уничтожены". В нашей команде не было призёров, мы ещё не могли тягаться с командами Москвы, Ленинграда, Киева. Помню, я выжал 95 кг в лёгком весе. И когда я жал, кто-то в зале крикнул: "Смотри, узбек здорово жмёт". Этот мой результат был ниже всесоюзного рекорда всего на 6 кг. В рывке и толчке мои результаты были намного хуже. После соревнований я стал размышлять: ладно, результат в жиме у меня в целом неплохой, почему же отстают рывок и толчок? Анализ показал, что я много внимания уделял жиму и мало темповым упражнениям. Значит нужно увеличить нагрузку. Так с годами постепенно познавалась истина, и результаты стали расти. В 1940 голу на наших южных границах стало неспокойно. По сведениям разведки, франко-английские войска под командованием генерала Вейгана вели активную деятельность по захвату наших республик. Нашу 9-ю танковую дивизию перебросили в г. Мары. В этом же году немцам удалось оккупировать Францию. С оккупацией Франции немцы фактически стали хозяевами Европы. Было очевидно: на очереди Советский Союз. Все ждали войны, и нападение немцев для нас, военных, не было неожиданностью. Начиная с 1939 года, я всё чаще и чаще слышал от командиров: "Обстановка весьма и весьма тревожная, и нам следует ждать агрессии со стороны фашистской Германии". Это нам твердили почти на всех политзанятиях. Наша армия была информирована о планах Германии. И события не заставили себя долго ждать. 22 июня 1941 года началась война, которая принесла горе и страдание не только нашему народу, но и всему миру. Война всех сплотила и превратила страну в единый лагерь. После первых месяцев войны все поняли: несчастье связывает людей больше, чем что-либо другое. Стойкости и храбрости нашей армии было предостаточно. Во главе государства стоял великий человек, усилиями которого страна превратилась в монолит. Люди рвались на фронт, часто даже несмотря на свой возраст. Храбрость российского солдата во все времена была несравненной. Фридрих II говорил: "Русского мало убить, его нужно ещё и повалить". Бисмарк предупреждал: "В Россию легко войти, но из неё очень трудно выйти". "Война есть продолжение государственной политики иными средствами (насильственными)", - говорил Клаузевиц. О Великой Отечественной войне написано очень много. В числе прочего, к сожалению - много лживого и клеветнического. Самое страшное преступление перед человечеством - извращение действительности. Об этом приходится писать по той причине, что среди наших современников есть горе-критики, которым по душе ложь. Бисмарк говорил: "Никогда так не врут, как во время войны и после охоты". Талейран, которого называли отцом лжи, утверждал, что "язык дан человеку не для того, чтобы говорить правду, а для того, чтобы уметь скрывать правду". Сокрытие правды - это оружие дипломатов, но когда речь идёт об исторических событиях, язык должен быть правдивым. Говорят, что всё познаётся в сравнении. Чтобы познать истину, нужно много знать. Это - азбука. На мой взгляд, наибольший интерес представляют мемуары маршала Жукова, начальника генштаба немецкой армии Типпельскирха, английского историка Лиддел Гарта и премьер-министра Англии Уинстона Черчилля, собранные в капитальный труд "Вторая мировая война" в 6-ти томах. Обо всём этом приходится писать, ибо спортсмены такие же люди, как и все, только у них обострённое чувство, когда вопрос касается интересов Родины. 28-го августа 1941 года мы перешли границу Ирана с севера, а англичане - с юга. Я был в Баджигиране, Мешхеде, Кучане. Шахруде, Реште и Пехлеви в составе опергруппы штаба. В этом же году я был переведён в Ташкент в особый местный батальон по охране штаба и окружных управлений ТУРКВО. В качестве начальника караула я через день ходил в наряд. Нужно было быть очень осторожным и предусмотрительным. За малейшее нарушение устава приходилось расплачиваться наказанием или иметь дело с трибуналом. В 1941 году я вступил в ряды ВКП(б). Тяжёлая обстановка на фронтах действовала удручающе. Многие писали рапорты с просьбой направить их на фронт. В таких случаях, как правило, ответ был один: служить нужно там, куда направило командование. В 1942 году делегация СССР во главе с Вячеславом Михайловичем Молотовым отправилась в Англию на переговоры. При посадке в аэропорту Лондона самолёт потерпел аварию. Среди пассажиров был один пострадавший: генерал-лейтенант Исаев (заместитель начальника оперативного управления генштаба Красной Армии). Он повредил коленную чашечку на правой ноге, и ему было трудно передвигаться. В СССР генерал возвращался через Египет и Иран. Я получил приказ сопровождать Исаева. До Москвы мы ехали восемь дней. Дороги были забиты воинскими эшелонами. По дороге генерал много рассказывал о военном искусстве. Как-то он спросил меня, знаю ли я, что такое Канны. Я ответил, что это место, где в 216 г. до н.э. карфагенский полководец Ганнибал, имея 40 тысяч пехоты и 14 тысяч кавалерии, разгромил 80-тысячное римское войско, которым командовали консулы Эмилий Павел и Теренций Варрон. И на бумажной салфетке нарисовал расположение войск. Начертил серп, выпуклой стороной обращённый в сторону римлян, и добавил, что римляне ударили по центру, и когда они глубоко увязли, Ганнибал бросил в бой свою конницу, которая соединяла концы серпа. Римляне оказались в окружении и потеряли 54 тысячи убитыми и 18 тысяч пленными. Потери же Ганнибала составили всего 6 тысяч. Генерал был удивлён и сказал, что об этом вообще мало кто знает. Я ответил, что люблю историю. Генерал был образованным и интересным собеседником. Я с большим вниманием слушал его суждения о войне, военном искусстве и жизни. Когда я прощался с ним в Москве, то подумал: имея таких генералов, мы обязательно победим. В 1943 году меня направили на учёбу в г. Чирчик в ордена Ленина 1-е Харьковское танковое училище им. Сталина. Всех нас вдохновляла новая техника: Т-34 с 85-мм пушкой. И невольно в памяти ожили события первых дней войны. Значит, всё-таки жива наша промышленность. Да, она жива благодаря героизму советскому народу, сумевшему под руководством партии. перебазировать промышленность в восточные районы страны. Прошло много времени, но и по сей день об этом невозможно думать без гордости и восхищения. Хорошая техника требует знаний и уменья. Мы учились по 12-14 часов в сутки. В 1944 году я окончил училище по первому разряду на "отлично" и вздохнул свободно, что смогу наконец поехать на фронт. Успешным окончанием училища мы во многом были обязаны замечательному преподавательскому коллективу и, в первую очередь, обаятельному, веселому и культурному человеку генерал-майору Б.Делакову - начальнику училища. В молодости он занимался борьбой (весил 130 кг), вопросом боевой и физической подготовки курсантов, придавал важное значение. Бывал на занятиях курсантов и всегда проявлял внимание к их нуждам. Физподготовка была на высшем уровне, футбольная команда - первой в Средней Азии. Гимнасты, борцы, боксёры, штангисты никому не уступали первого места в республике. Футболист Борис Каверзнев был переведен в ЦДСА как центрфорвард. Наших выпускников брали нарасхват. Я уже отмечал, что многие писали рапорты об отправке их на фронт, но счастье улыбалось немногим. Генерал Делаков знал об этом. Как-то, проходя мимо штаба, я увидел его сидящего на скамейке. Он тоже увидел меня и подозвал к себе. Я подошёл и, как положено, доложил, что, мол, по его приказу, младший лейтенант Богдасаров прибыл. Генерал спросил, как мои дела. Я ответил, что нормально, и, в свою очередь, спросил: "Товарищ генерал, теперь уже нет препятствий для отправки меня на фронт?" Делаков улыбнулся и подозвал начальника строевого отдела подполковника Пелецкого. Обращаясь к Пелецкому, он сказал: "Принесите, пожалуйста, последнюю директиву". Тот принёс директиву, и генерал с улыбкой сказал мне: "Читайте". Оказалось, что директива Сталина приказывала отозвать всех мастеров спорта и видных тренеров со всех фронтов и создать все необходимые условия для нормальной тренировки. Я был растерян. Мне было очень неприятно, а генерал произнёс: "Видишь, какое дело? Приказ Верховного. Я не имею права нарушать". Много лет спустя, когда с лёгкой руки бездарного Хрущёва началась травля Сталина, я вспомнил этот случай и подумал, что таких, как Сталин, видно больше не будет - человек он был дальновидный и требовательный. Наполеон говорил: "Нет дара предвидения - нечего руководить". Приказом начальника училища я был назначен преподавателем физподготовки 4-го батальона. Нужно было, чтобы курсанты хорошо бегали, умели выполнять на гимнастических снарядах несложные упражнения и по возможности тренировались в секции. И здесь личный пример имел решающее значение. Когда я выполнял на перекладине подъём силой в упор по 10-15 раз без особого напряжения или держал на перекладине переднее равновесие, все наперебой спрашивали, как я этого добился. Ответ у меня был один - тренировкой. И это мне помогало. Недаром говорят, что личный пример - это лучшая агитация. Меня очень радовали успехи команды училища по тяжёлой атлетике. Приходилось много тренироваться самому и повышать мастерство команды. В 1944 году мне удалось пополнить команду. В этом же году наша команда опять стала чемпионом округа. Призом был 32-килограммовый белый мраморный медведь. Жизнь в училище шла своим чередом. Курсанты делали всё от них зависящее, чтобы не отстать. Распорядок был жёстким. Подъём в 6.00, отбой в 23.00. Офицерам было ещё тяжелее. Они должны были быть в казарме к подъёму и уходить после отбоя. Никто не жалел ни времени, ни сил. Главное - победить ненавистного врага. Все мы чувствовали приближение победы. В 1944 году наши войска успешно продвигались на запад и оставили позади себя государственную границу. "Армии русских шли лавиной. Русские солдаты переносили такие трудности, которые оказались бы не под силу солдатам западных армий, и продолжали наступать тогда, когда другие остановились бы в ожидании восстановления коммуникаций" Лиддел Гард ("Вторая мировая война", стр. 606}. Настал незабываемый победный 1945 год. Народ ликовал, радости не было придела. Появление военного в городе было праздником. Он оказывался в объятиях народа. Его подбрасывали вверх, кричали "ура", и это было искренним и понятным. Победой мы обязаны были в первую очередь нашей "несокрушимой и легендарной", как поётся в песне. Любовь народа проявлялась во всём. Армия была окружена почётом и уважением. Без сильной и преданной армии государство не может существовать. Во всех кинотеатрах были открыты кассы для офицерского состава. Самым памятным и незабываемым событием был парад на Красной площади в Москве. Итак, наш героический народ снова не только отстоял свободу и независимость своей страны, но ещё и спас цивилизацию всей Европы от фашисткой чумы. И мне, как и многим моим соотечественникам, обидно и тяжко, когда продажные писаки искажают и извращают события исторического значения. Я часто вспоминаю слова Александра Сергеевича Пушкина, который говорил: "Европа всегда была неблагодарна России". И это имеет глубокие корни. На протяжении 300 лет все усилия дипломатии западных стран были направлены на то, чтобы не пустить Россию в Европу. Но остановить колесо истории не пол силу никому. Россия была, есть и всегда будет здравствовать, несмотря ни на какие козни наших врагов. Народ снова вернулся к мирной жизни. Нужно было восстанавливать разрушенные войной города и села. Потери были огромны. Это мы видели на каждом шагу. После войны я часто слышал, что, мол, если бы Сталин не расстрелял военные кадры, то потерь было бы значительно меньше. Критиковать во все времена было легко. Значительно труднее что-то сделать. Да, действительно, были расстреляны Тухачевский, Блюхер, Якир и др. Однако из той же плеяды оставались живыми не менее известные полководцы: Будённый и Ворошилов. И что же? В Отечественной войне они оказались беспомощными. Всему своё время. В век авиации и танков (в машинный период) они ничего не могли сделать. Выдающийся государственный деятель древних Афин Фемистокл (480 г до н.э.), участник греко- персидских войн, как-то в беседе со своими сыновьями сказал: "Мы бы погибли, если бы не погибали". Народ трудился, чтобы восстановить разрушенное. Я помню сколько было субботников. На них работали даже не совсем здоровые люди. Таков уж наш человек. Лишь бы его не обманывали. В 1947 году в стране была отменена карточная система. Чувствовалось, что страна оживает. Ежегодно происходило снижение цен на продукты питания. Война стала историей. Теперь никто не сомневается, что война - это преступление перед человечеством. Иногда мелкая обида может привести к трагическим последствиям. У писателя Степанова в романе "Порт-Артур" есть такой эпизод. 1905 год, конец русско-японской войны. На перроне вокзала перед отъездом спокойствие было нарушено громкой пощечиной, которую нанёс генерал Самсонов генералу Ренненкампфу за оплошность во время войны с японцами. События показали, что эта пощёчина имела роковые последствия как для Самсонова, так и для России. Известный военный историк Лиддел Гарт в своей книге "Первая мировая война" написал, что последние словом на смертном одре умирающего начальника генштаба германской армии Шлиффена были такими: "Не ослабляйте моего правого крыла". Шлиффен разработал план разгрома Франции, по которому немцы должны были разбить французскую армию ещё до вступления России в войну. План Шлиффена напоминал тактику вращающейся двери. Наступая через территорию Бельгии, немецкие войска должны были выйти в тыл французским войскам, обороняющим линию Мажино на севере. Начало войны для Франции было неудачным. Немцы быстро продвигались к Парижу. Чтобы спасти положение Франции, Россия бросила в бой против немцев вторую армию Самсонова. Немцы были бессильны против русских, и Самсонов вскоре оказался на территории восточной Пруссии, откуда до Берлина рукой подать. Немецкое командование вынуждено было срочно перебросить с правого крыла Шлиффена два корпуса под командованием талантливых генералов Людендорфа и Гинденбурга. Ослабление "правого крыла" Шлиффена спасло положение Франции. Однако соседствовавший с армией Самсонова генерал Ренненкампф не предпринял никаких действий, чтобы помочь ему. Предательство Ренненкампфа погубило армию Самсонова в районе Мазурских озёр. Сам Самсонов застрелился. Вот что писал в своих мемуарах Людендорф: "Мы двигались в тыл армии Самсонова. Армия Ренненкампфа висела над нами, как грозовая туча. Стоило ей двинуться, и мы бы погибли". По словам Лиддела Гарта, война могла бы закончиться в 1914 голу, если бы не измена командующего 1-ой русской армии Ренненкампфа. Во время общей беды люды должны сплотиться вокруг своего правительства и отстаивать его интересы. Как известно первая мировая война закончилась в 1918 году, когда у власти России уже были большевики. 10 августа 2000 года исполнилось 115 лет нашему могучему и славному виду спорта - тяжёлой атлетике. Путь, пройденный нашими богатырями, поистине можно назвать героическим. Ни один другой вид спорта не дал нашей стране столько выдающихся атлетов, золотых медалей, чемпионских титулов любого ранга, мировых рекордов, сколько дали представители "железной игры". Вполне понятно, что подробно рассказать обо всём этом невозможно. Поэтому я коснусь наиболее интересных, на мой взгляд, моментов, которые навсегда остались в моей памяти. Весь период развития тяжёлой атлетики можно разделить на три основных периода: дореволюционный, послереволюционный (до 1945 года) и послевоенный (когда СССР вступил в международную федерацию). В день юбилея необходимо отдать должное человеку, который положил начало развития тяжёлой атлетики в России. Этим человеком был петербургский врач Владислав Францевич Краевский. 10 августа 1885 года он организовал у себя на квартире кружок любителей атлетики. На вечере, посвящённом десятой годовщине основания тяжёлой атлетики в России, Краевский впервые был назван "отцом русской атлетики". В 1897 году проводится первый Всероссийский чемпионат по тяжёлой атлетике. Чемпионом тогда стал Гвидо Мейер. "Когда я впервые в феврале 1892 года вступил в кабинет доктора Краевского, - писал Гвидо Мейер, - я совершенно не знал, что такое тяжёлая атлетика, и в первый день мог выжать двумя руками только 68 кг. Я был буквально очарован всем окружающим и чувствовал себя на высоте счастья в этом храме силы и здоровья". В 1898 году борьба за звание чемпиона России развернулась между двумя сильнейшими атлетами - Г.Гаккеншмидтом и С.Елисеевым. Победу одержал Гаккеншмидт, "русский лев", как называли его за рубежом. Гаккеншмидт отличался красивым телосложением и весьма развитой мускулатурой. Вот некоторые его антропометрические данные: рост - 176 см, окружность грудной клетки - 126 см, бицепс правой руки - 46 см, левой - 45 см (в напряжении), бедра - 76 см, талии - 94 см. предплечья - 34 см, икры - 42,5 см. С.Елисеев весил на 13 кг меньше своего соперника. Рекорд Гаккеншмидта в выкручивании правой рукой равнялся 122,8 кг в рывке правой - 91,3 кг, а в толчке двумя - 152 кг. Не показав всех своих возможностей в поднимании тяжестей, Гаккеншмидт одновременно занимался борьбой, совершил турне по Европе, везде одерживая победы, и лишь изредка выступает в соревнованиях по поднятию тяжестей. Первая мировая война застала его в Берлине, где он был арестован как якобы русский шпион. Потом ему удалось перебраться в Англию, где он из-за травмы ноги бросил спорт и стал фермером. В июле 1961 года А.Курынов и Ю.Власов побывали в Лондоне. Как рассказывает Власов, Гаккеншмидт выглядел бодрым и крепким. Он долго и взволнованно рассказывал о прошлом тяжёлой атлетики в России. Восхищался рекордами Власова и подарил ему своё фото с надписью: "Ю.Власову на память от Г.Гаккеншмидта. 26 июля 1961 года, Лондон." И хотя эта была встреча людей разных поколений, у них имелось много общего: они отдали много сил и энергии для развития любимого вида спорта. В 1898 году русские атлеты впервые приняли участие в международных соревнованиях в Вене. Краевский был почётным президентом жюри конкурса. Выступление русских атлетов было успешным, а Гвидо Мейер получил серебряную медаль. В последующие годы сильнейшим русским атлетом становится быстро прогрессировавший С.Елисеев. На чемпионате мира в Париже 1903 гола он занял 2-ое место. Имея небольшой вес - 83-84 кг, Елисеев выступал на соревнованиях, проводившихся без деления на весовые категории, и показывал высокие результаты, приближаясь вплотную к лучшим достижениям атлетов-профессионалов, имевших значительно больший собственный вес. В 1900 году русский тяжелоатлетический спорт понёс большую утрату, - умер В.Ф.Краевский, прекрасный человек, талантливый организатор и педагог. Он бескорыстно любил спорт, вло-жил много кипучей энергии в его организацию в России. Русско-японская война и наступившая после революции 1905 года жестокая реакция приостановили развитие спорта. Подъём спортивной работы начался с 1908 года. В это время в Петербурге создалась тяжелоатлетическая лига, которая стала руководить работой отдельных клубов и кружков. С этого времени спорт был взят под контроль полиции. Сильнейшими организациями стали: в Петербурге - "Санкт- Петербургское атлетическое общество", "Геркулес-клуб", "Санитас"; в Риге - "Марс"; в Эстонии - "Калев". В 1912 году на Олимпийских играх в Стокгольме плохо подготовленная спортивная делегация России потерпела поражение. После стокгольмской неудачи правительство было вынужденно обратить внимание на укрепление и развитие спорта. Стало расти число клубов, кружков, обществ, увеличилось количество соревнований. В целях отвлечения молодых рабочих от революционной борьбы начал развиваться так называемый "предпринимательский спорт". В 1913 году в Берлине всемирный конгресс по тяжёлой атлетике утвердил деление участников на 5 весовых категорий, программу, правила международных соревнований и мировые рекорды. Представителем России на конгрессе был Чаплинский - сильный атлет и хороший организатор. После конгресса у нас появился "Всероссийский союз тяжёлой атлетики" и была утверждена таблица рекордов. В Москве под председательством Чаплинского была организована "Тяжелоатлетическая лига". На первой Всероссийской олимпиаде, проведённой в августе 1913 года в Киеве, участники соревнований делились ещё на три весовые категории. В тяжёлом весе победу одержал Краузе, в среднем - Седат, и в лёгком - Херудзинский. На второй Всероссийской олимпиаде в Риге в 1914 году соревнования проводились уже в пяти весовых категориях по программе классического пятиборья: жим, рывок, толчок двумя руками, я также толчок и рывок одной рукой. Последнее первенство в царской России было проведено в Москве в 1915 году. Лучшими атлетами последнего периода развития тяжелоатлетического спорта России следует считать обладателей мировых рекордов: Краузе, Херудзинского, Нейланда, Чаплинского, Бухарова, Красовского, Алекса, Павленко, Чикваидзе. Вот результаты абсолютного чемпионата Краузе: жим двумя - 100 кг, рывок двумя - 109 кг, толчок двумя - 140,6 кг, рывок левой - 90 кг, и толчок правой - 110 кг. Подводя итоги развития тяжёлой атлетики в России, нужно отметить, что несмотря на небольшой количественный охват (500-6000 чел.), любительский спорт с первых дней своего развития неизменно выдвигал атлетов, демонстрировавших мировые достижения. Клубы, общества, кружки, не получая государственных субсидий, существовали за счёт довольно высоких членских взносов и доходов от выступлений в соревнованиях. Для простого народа занятия в клубах были недоступны. Российские атлеты отличались высокой техникой исполнения упражнений, хорошим пропорциональным физическим развитием. Среди них не было "слоноподобных" сверхтяжеловесов, типичных для немецких и австрийских атлетов того времени. Наличие в числе первых организаторов российского спорта большого числа представителей передовой интеллигенции, всегда отличавшихся высокой общей культурой: врачей (Краевский, Гарнич-Гарницкий), художников и артистов (Мясоедов, Кравченко, Орешкевич) обеспечило отечественной тяжёлой атлетике правильный путь развития в вопросах техники и методики тренировки. И, наконец, была практически доказана возможность развития силы у любого человека. Методика тренировки того времени кажется сейчас нам примитивной и отсталой, но ведь это были первые шаги, да и наука по- настоящему не занималась тогда вопросами физического развития. Тем не менее, в дореволюционной период из недр простого русского народа вышел ряд выдающихся профессиональных атлетов и борцов: Гаккеншмидт, Елисеев, Моор-Знаменский, Лурих, Морро-Дмитриев, Крылов, Седых, Поддубный, Заикин, Кащеев, Краузе, Клементий Буль, Гвидо Мейер, Нейланд, Бухаров, Спарре и др. В ещё не окрепшей советской России Москва и Петроград уже в 1918 году проводят первенство городов. В 1919 г. руководство тяжелоатлетическим спортом было передано московской лиге. В 1920 г. лига разработала первые правила соревнований, допускавшие "чистые" и "произвольные" толчки с надбавкой за чистое исполнение 10 кг сверх поднятого веса. При рывке разрешалось дожимать штангу выше головы. Было установлено три подхода к каждому весу. После не взятого при трёх подходах веса давался ещё один подход к каждому весу. Были утверждены 5 весовых категорий, исходная таблица рекордов. Программа соревнований состояла из пятиборья. Кроме Москвы и Петрограда, занятия по тяжёлой атлетике стали проводиться в Харькове, Киеве, Нижнем Новгороде, Туле, Твери, Минске, Чернигове, Гомеле и других городах. В марте 1923 года проводился первый чемпионат СССР, на котором приняло участие 58 человек. Титулы чемпионов достались: в легчайшем - А.Бухарову, в лёгком весе - Жукову, в среднем - Эхту, в полутяжёлом - Я.Спарре и в тяжёлом - М.Громову. Спустя два месяца петербургский атлет Буйницкий (легчайший вес) установил всесоюзный рекорд в рывке правой - 60,9 кг, превышающий официальный мировой. Возросшая массовость и материальная обеспеченность спортивного движения определили дальнейший рост результатов. В течение нескольких лет подряд всесоюзные рекорды неоднократно обновлялись Я.Спарре, А.Бухаровым и А.Никитиным. В 1927 году были пересмотрены правила соревнований. Были введены классификационные разряды: новички, второй и первый. Каждому участнику давалось 25 подходов, которые распределялись на пять движений по усмотрению спортсмена. Участники делились на 7 весовых категорий. В 1928 году в честь десятилетия Советского государства в Москве была проведена первая Спартакиада народов СССР с участием рабочих спортивных делегации Германии, Швеции, Швейцарии, Эстонии, Латвии, Финляндии Англии и Австралии. За победу боролись 134 сильнейших штангиста. Было установлено 18 всесоюзных рекордов. В 1929 году вновь были внесены изменения в правила: установлено шесть классификационных разрядов: новички, 3-й, 2-й, 1-й разряды; мастера и старшие (ветераны), разработана таблица разрядных норм. Мастера и перворазрядники получали по 25 подходов, второму разряду давалось 30, а остальным - по 35 подходов, которые участник должен был расходовать по равному количеству на упражнение. Несмотря на неоднократные изменения правил соревнований, они оставались далеко не совершенными. Большое количество подходов и упражнений затрудняли работу судейской коллегии при проведении первенства и ставили участников в трудное положение. В 1934 году значительно расширился календарь соревнований. Помимо первенств СССР, республик, городов и ведомств стали практиковать матчевые встречи Москвы и Ленинграда и слёты мастеров. На первом матче Москва-Ленинград легковес Н.И.Шатов установил всесоюзный рекорд в рывке левой - 78,4 кг, превышающий мировой. Рекорд Шатова положил начало новому штурму мировых достижений. Целая плеяда замечательных атлетов из года в год поднимала потолки рекордов. М.Шишов, Н.Кошелев, Г.Попов, И.Механик, С.Амбрацумян, Я.Куценко, Е.Хотимский, К.Назаров, А.Божко, Г.Новак, Д.Поляков, М.Касьяник, Л.Катаев, Р.Манукян, А.Жижин, А.Петров, В.Крылов, М.Косарев, М.Наумов. Больше всех всесоюзные и мировые рекорды устанавливали Николай Шатов и Григорий Новак. С 1934 года первенство страны стало проводиться в шести весовых категориях, принятым на первенствах мира (54; 60; 67,5; 75; 82,5 и свыше 82,5 кг). Успехи наших атлетов, их замечательные результаты, как в отдельных упражнениях, так и в троеборье, стали возможны благодаря введению новых методов тренировки и совершенствованию техники подъёма штанги. Немаловажное значение имело также улучшение качества штанги. Неудивительно, что только за 1938-1940 годы всесоюзные рекорды обновлялись более 50 раз. Перед Великой Отечественной войной 27 рекордов СССР из 36 регистрированных превышали мировые - но СССР не входил в Международную федерацию, и наши рекорды не утверждались, а атлеты не имели права участия в международных соревнованиях. Всякий раз, когда газета "Красный спорт" (ныне "Советский спорт"") сообщала о новых рекордах СССР, превышающие мировые, буржуазная пресса ставила под сомнение успехи наших атлетов и в своих комментариях допускала злобные клеветнические измышления в адрес нашей страны. Среди отзывов были и такие: "Очередная пропаганда Кремля" или "Советский килограмм не соответствует международному стандарту". В 1946 году Советский Союз вступил в Международную федерацию, получив право на участие в мировых первенствах, и наши атлеты своими замечательными результатами доказали всю фальшь и несостоятельность подобных утверждений. В этом же году советская команда в составе Куценко, Новака, Шатова, Светилко, Касьяника, Божко, Попова, Лопатина и Амбарцумяна приняла участие в соревнованиях на первенство мира в Париже. По сумме поднятого её зачётными участниками веса наша команда опередила всех, но система зачёта, принятая па мировых первенствах, дающая зачётные очки только трём победителям в каждой весовой категории, вывела на первое место команду США. Мы оказались вторыми. Исключительного успеха добился Г.Новак, установивший три мировых рекорда (в жиме, рывке и в сумме троеборья) и завоевавший первую золотую медаль чемпиона мира. Мировой рекорд в толчке двумя руками - 171 кг - установил Я.Куценко, а в рывке левой мировой рекорд - 96 кг - установил С.Амбарцумян. Американцы же на этом чемпионате не установили ни одного рекорда. Оживление спортивной жизни требовало иного подхода к вопросам тренировки. Появились новые упражнения. Наконец-то мы поняли: мышцы ног и туловища являются кладовыми силы. Стало ясно: необходимо обратить главное внимание на развитие именно этих мышц. Приседания и тяги (выпрямление со штангой до ухода в подсед) стали применяться на каждой тренировке. Серьёзные изменения претерпели общий объём и интенсивность нагрузки и число тренировок за неделю. Трёхразовые тренировки уступили место 4 и 5 разовым. Время одной тренировки увеличилось до 3-4 часов. Резервы были и в технике подъёма. Всё, что было связано с вопросами тренировки (количество, подходов, число повторений в каждом подходе, длительность тренировки, вопросы восстановления и т.д.) приобретало новые очертания. Серьёзное внимание уделяли вопросам волевой подготовки и питания. Увеличился приток молодёжи в секции. В 1946 году меня перевели в Ташкентский окружной дом Советской Армии в качестве инструктора по спорту. Необходимо было иметь полнокровную секцию. Набор производился как среди военнослужащих, так и среди школьников. АГИТАЦИЯ И ПРОПАГАНДА ПОСТЕПЕННО НАЧАЛАСЬ. МНЕ С ГРУППОЙ ХОРОШО ПОДГОТОВЛЕННЫХ АТЛЕТОВ ПРИХОДИЛОСЬ ВЫСТУПАТЬ ПО НЕСКОЛЬКО РАЗ В НЕДЕЛЮ. ВНЕШНИЙ ВИД АТЛЕТОВ РЕШАЛ МНОГОЕ. СИЛЬНЫЕ И ПОСЛУШНЫЕ МЫШЦЫ ДЕЛАЛИ СВОЁ ДЕЛО (выделено автором). Вскоре зал уже не вмещал всех желающих заниматься. Пришлось оборудовать дополнительную площадку для нормальной тренировки. Радовало, что занимающиеся вскоре на себе ощутили благотворное влияние регулярных тренировок и, несмотря на трудности, не бросали занятий. Перемены в физическом состоянии меняли людей. Они становились добрее и отзывчивее. После войны командующим округа был назначен Герой Советского Союза, прославленный полководец Отечественной войны, генерал армии Иван Ефимович Петров. Это был строгий, требовательный и справедливый командир. Он пользовался любовью у солдат и офицеров. Его интересовало всё, от чего может зависеть боевая готовность и дисциплина. Он часто бывал в частях и подразделениях округа. Иван Ефимович любил сильных и храбрых солдат. Летом 1946 года в отделе физподготовки округа мне сказали, что командующий хочет посмотреть, как выглядит команда тяжелоатлетов округа. Я решил, что лучше всего провести соревнования на побитие рекордов округа и УЗ ССР. К 15.00 в театре дома Советской Армии всё было готово для выступления. Командующий прибыл со своим заместителем генерал-лейтенантом Курбаткиным и начштаба Героем Советского Союза генералом-лейтенантом Киносяном. Было установлено 12 рекордов ТУРКВО и 6 рекордов УЗ ССР. По окончанию выступлений командующий поднялся на сцену, поблагодарил всех и пожелал новых успехов. На следующий день в зале все только и говорили о внимании командования округа к вопросам развития спорта. В 1946 году команда САВО на чемпионате Вооружённых сил заняла 5-е место. Послевоенные годы для нашего спорта были поистине революционными. Это движение возглавил талантливый организатор Н.Н.Романов, председатель ВСФК. Он прекрасно понимал, что любительский спорт уходит в прошлое и на смену ему уверенно идёт спорт профессиональный. Под руководством Н.Н.Романова были созданы сборные команды по всем видам спорта. Теперь призёры чемпионатов СССР награждались золотыми, серебряными и бронзовыми медалями и денежными премиями. Были определены ставки для сборных команд. Обо всех изменениях Николай Николаевич докладывал на Политбюро, и когда он коснулся вопроса о поощрении за установление мировых рекордов в размере 5 тыс. рублей, то немного смутился. Тогда Сталин спросил его: "Что значит "мировой рекорд"? Это что, лучший результат в мире?" "Да, товарищ Сталин" - ответил Романов. "И вы предлагаете всего 5 тысяч? 25 тысяч". М.М.Громов, первый чемпион СССР в тяжёлом весе, наш прославленный лётчик, Герой Советского Союза, много раз видевший Сталина, говорил, что Сталин никогда не жалел денег, если вопрос касался интересов страны и его безопасности. Вся деятельность Н.Н.Романова по организации и развитию спорта в СССР была глубоко продуманной во всех отношениях. Романов очень хорошо знал спорт. Он знал всех тренеров сборной страны по всем видам спорта. Бывал на наших тренировках. Видел и понимал: новые методы подготовки требовали от спортсмена много сил и энергии. Им были пересмотрены нормы и стоимость питания. Особое внимание уделялось вопросам медицинского обеспечения. Учёными были разработаны и введены в действие новые разрядные нормативу по всем видам спорта, в частности, введены звания "мастер спорта СССР", I, II и III разряды. Всё было направлено на то, чтобы сделать спорт массовым, и на этой основе стать сильнейшей спортивной державой мира. Каждый тренер имел конкретное задание - подготовить определённое количество мастеров спорта и разрядников. Разрядные нормативы были составлены с таким расчётом, чтобы они не отталкивали и не пугали начинающих атлетов. При регулярных занятиях новичок мог выполнить норматив 3-го разряда через 1,5-2 месяца, первого разряда - через 1-1,5 года, а "мастера спорта" - через 2-3 года. По мере роста массовости спорта пересматривались и нормативные требования. Появились мастера спорта международного класса. Норматив МСМК, как правило, приближался к лучшим мировым достижениям. Ежегодно проводились всесоюзные сборы тренеров и судей. Это способствовало повышению общего уровня тренеров по вопросам методики тренировки. Контроль за работой тренеров со стороны спортивных комитетов и федераций был жёстким, но разумным и не позволял работать спустя рукава. Итак, государство создало все необходимые материальные условия, чтобы спортсмен занимался избранным видом спорта профессионально. Результаты стали расти. Ну, а если нет роста результатов, а спортсмен ещё мо-лод, тогда причину необходимо искать в методике тренировки. Из практического опыта знаю: пока атлет недоволен достигнутыми результатами, он будет прогрессировать. Как только он скажет: "Я доволен достигнутым", он какое-то время ещё будет в спорте, но потом уйдёт. Это закон спорта. Жизнь показывает, что атлеты высокого класса выступают 8-12 лет. Вывод один - пока вы будете недовольны своими результатами, у вас найдутся дополнительные резервы для роста. В 1957 году за выдающиеся успехи по подготовке спортсменов высокого класса (чемпионов Европы, мира и Олимпийских игр) было введено звание "Заслуженный тренер СССР". В 1947 году сборная команда УзССР принимала участие в чемпионате СССР, который проходил в Москве в закрытых теннисных кортах "Динамо". Команда УзССР впервые заняла 5-е место, Л.Катаев стал чемпионом в полутяжёлом весе и установил новый мировой рекорд. В лёгком весе чемпионом стал Г.Попов (Украина) с результатом 342,5 кг. Я показал результат 340 кг. Такой же результат был у И.Механика (Москва), но я был тяжелее Механика на 50 г и занял 3-е место. После чемпионата я был включён в состав сборной команды. Готовились к чемпионату Европы. Сборы проходили в Москве. В это же время состоялся очередной парад физкультурников, после которого был приём в Кремле. На приём были приглашены и мы. В Кремле я впервые увидел Сталина и членов Политбюро. Появление Сталина было встречено громом аплодисментов и криками "ура". Мне казалось, что от сотрясания воздуха разрушится здание. Сталин несколько раз руками делал знаки, чтобы успокоить нас, но аплодисменты и крики продолжались с новой силой. Это было искренним проявлением любви к нашему правительству. Наконец всё стихло. От имени спортсменов выступил прославленный силач 14-кратный чемпион СССР Яков Григорьевич Куценко (старший тренер сборной команды). В своём выступлении он говорил об успехах наших спортсменов и закончил словами: "Наша страна является самой передовой в области культуры и науки. Она должна быть и самой передовой в спорте". И тут Сталин, обращаясь к Куценко сказал: "Повтори ещё раз". Куценко повторил. И Сталин говорит: "Правильно говоришь". Мы покидали Кремль с чувством гордости и каждый из нас понимал, что нужно будет сделать всё, чтобы одержать победу в Хельсинки. Через две недели мы вылетели на чемпионат и наш самолёт приземлился в Ленинграде. В городе на Неве я был впервые. До вылета в Хельсинки оставалось 4 часа. Пошли смотреть город. Я был поражён великолепием дворцов и площадей. Сколько же упорного труда и мастерства было вложено в это строительство... Глядя на Исаакиевский собор, адмиралтейство, Зимний, Невский я вспомнил Грецию. В древности при встрече греки говорили: "Ты не был в Афинах? Значит, ты ничего не видел. Если был и не восхищался - ты осёл. А если уехал по собственной воле - ты верблюд". Это же можно сказать и о Питере. Наш коллега, житель Питера, Михаил Морозов, известный в прошлом штангист, сопровождал нас по городу и рассказывал много интересного. В первую очередь он повёл нас на Сенатскую площадь к великолепному памятнику Петру Великому работы французского скульптора Фальконе, установленному в 1782 году Екатериной Великой. Глядя на памятник, волей-неволей начинаешь ощущать великую и могущую силу созидательной работы Петра. После осмотра сената и синода (высших правительственных учреждений России) мы перешли на Исаакиевскую площадь к памятнику Николаю I. Николай I на лошади, как и Пётр на Сенатской площади обращён лицом к реке Неве, но между этими памятниками стоит Исаакиевский собор. Морозов нам рассказывал, что во время Октябрьской революции один студент на пьедестале памятника Николаю написал: "Дурак умного догоняет, лишь Исаакий мешает". Рассматривая Исаакиевский собор, я обратил внимание на надпись на его фронтоне. Надпись гласила: "Господи! Силой твоей да возвеселиться царь". И я невольно подумал, что намного было бы лучше, если бы была другая надпись, которая призывала бы избавить царя от малодушия, сделать его умным и решительным. Николай II, по моему глубокому убеждению, был самым слабым государственным деятелем. Он так и не сумел подняться выше нулевой отметки. Развалить такую империю! Чтобы понять значение и величие собора, его размеры, достаточно вспомнить, что внутри Исаакиевского собора одновременно могли молиться 16 тысяч человек. Вес собора - 40 тыс. тонн. Вес одной нижней колонны - 113 тонн, верхней колонны - 67 тонн. Впоследствии, когда я учился в военном институте в Ленинграде с 1949 по 1951 годы, я пешком исходил почти весь город. Куда бы ни шёл, везде чувствовал дух Петра. Мне было очень жаль в грустно, что город был переименован. Пётр в моих глазах был великим, мужественным, трудолюбивым и неповторимым государственным деятелем. Он беззаветно любил Россию. Придворный историк Карамзин, боявшийся всяких перемен, обвинил Петра в измене "истинно русским" началам жизни, а его реформы назвал, "блестящей ошибкой". Но гений Петра видел значительно дальше. Победой под Полтавой в 1709 году Россия обязана реформам Петра. "Полтавская битва была не просто сражение, замечательное по огромности военных сил, по упорству пролитой крови: нет, это была битва за существование целого народа, за будущность целого государства" (Белинский). В последние годы некоторые историки всё чаще критикуют действия Петра. И эта критика, я думаю, направлена против великого русского народа. Я убеждён, что всё это поддерживается и поощряется враждебно настроенными элементами не без помощи наших иностранных "друзей". Россия как кость в горле у западных политиков. В трудные годы войны, когда мы отступали, была опубликована статья Алексея Николаевича Толстого, замечательного патриота писателя и публициста с русской душой. Вся статья была проникнута неистребимой веры в нашу победу и заканчивалась словами: "Если от России останется хоть один уезд, она снова возродится". Что бы ни случилось, Россия будет жить и процветать. Я вынужден сделать этот экскурс в прошлое для того, чтобы наша молодёжь знала и помнила: "Я сын великого народа. Я должен любить Родину, потому что, как говорил Пётр Великий, "Природа произвела Россию только одну. У неё нет соперниц". Думаю, что Пушкин очень хорошо знал историческую науку, и если бы у Петра были бы какие-нибудь серьёзные просчёты, он бы не написал: "люблю тебя, Петра творенье..." Жаль было расставаться с Питером, но приближалось время вылета, и мы отправились на аэродром. В тот же день самолёт приземлился в Хельсинки. Итак, мы были в стране, с которой наши отношения не всегда были безоблачными. Когда в Европе в 1939 году вспыхнула Вторая мировая война, в целях обеспечения безопасности Ленинграда, СССР предложил Финляндии вдвое большую территорию в обмен на то, чтобы отодвинуть границу на север на 20-30 км от Ленинграда. Финны не без участия Гитлера наотрез отказались. Началась советско-финская война, которая кончилась в 1940 году. Граница была отодвинута. Хотя финский народ в обшей массе и не питал особых враждебных чувств к СССР, но среди них были и непримиримые враги. До начала чемпионата оставалось три дня, и мы, как обычно, ходили на тренировки, знакомились с достопримечательностями города. Мы были в центре внимания спортивной общественности и журналистов. Все интересовались нашими тренировками. Удивлялись нашим внешним видом. Ощупывали мускулы и неизменно говорили: "...что вы, русские, за люди? После такой войны мы думали, что на чемпионате увидим одних калек, а перед нами - богатыри". По мере того, как наши атлеты побеждали, удивление публики возрастало. Газеты ухе не писали, что наши килограммы не соответствуют международному стандарту, но чтобы как-нибудь приуменьшить значение нашей победы, один финский журналист перед заключительным днем чемпионата написал: "Успех русских не случаен. Перед выходом на помост они употребляют змеиный яд". У нашей делегации это вызвало возмущение. Помню, как Николай Лапутин сказал: "Этому журналисту нужно оторвать голову". Когда на следующий день мы с Дугановым пришли в зал, где проходил чемпионат, до начала оставалось ещё минут 40. Мы приблизились к помосту и услышали крики. "Там драка" - сказал Дуганов и рванул к помосту. Я бросился за ним. И здесь мы увидели возбуждённых людей и тренера сборной Романа Павловича Мороза. Оказалось, что несколько журналистов обратились к Морозу с вопросом: "Что вы даёте вашим атлетам перед выходом на помост?" Роман Павлович извлёк из кармана пузырёк с нашатырным спиртом и дал им понюхать, "Это для гипервентиляции лёгких", - сказал Мороз. Тогда один из этой группы нанёс пощёчину стоявшему рядом товарищу. Юрий Дуганов обратился к Морозу: "Что всё это значит?". Мороз нам объяснил, что пощёчину получил тот самый журналист, который написал, что мы употребляем змеиный яд. "Ах ты, собака," - вырвалось у Дуганова. - Так ему нужно дать...". И если бы я быстро не схватил Дуганова в охапку, то журналисту была бы крышка, так как Дуганов помимо того, что был очень сильным штангистом, хорошим гимнастом и легкоатлетом, в юности занимался боксом и отличался колоссальной резкостью. Читатель может подумать, что Дуганов любил подраться. Ничего подобного. Просто он терпеть не мог хамства и несправедливости. Нужно сказать, что в то время абсолютное большинство специалистов позиции США в спорте считали прочными и незыблемыми. Симпатии судей полностью были на стороне спортсменов США. А этот фактор немаловажный, так как при выполнении жима необъективный судья (а мы с этим сталкивались на протяжении многих лет) мог "опоздать" с хлопком, без чего нельзя начинать упражнение или "забыть" дать команду опустить при рывке и толчке. Это входило в обязанность старшего судьи - фиксатора. Впоследствии за редким исключением, когда в какой-то весовой категории звание чемпиона оспаривали наш и американский атлеты, старшим судьёй на помосте неизменно оказывался представитель США. Жим был самым каверзным и уязвимым упражнением, поскольку после подъёма штанги на грудь атлет должен был принять неподвижное положение и ждать "хлопка" старшего судьи. При задержке "хлопка" спортсмен очень часто мог не поднять даже начального веса. Однако бывали и такие случаи, когда судья умышленно давал "хлопок" преждевременно, то есть до того, как атлет принимал стартовое положение, и сбивал его. В меньшей степени подсуживания проходили в рывке и толчке. Нашим атлетам приходилось вести борьбу не только с соперниками, но и с судьями. Со времени чемпионата Европы в Хельсинки прошло много лет, но способ воздействия на судей (за шельмование), который избрал Новак, остался в памяти до сего времени. Свой первый подход в жиме Новак сделал к весу 120 кг, очень легко он поднял штангу на грудь, принял старт, а "хлопка" всё нет и нет. Кто-то в зале свистнул... Тогда Новак громко крикнул: "Давай хлопок!" Судье ничего не оставалась делать и он нехотя дал хлопок... Но что это? Почему Новак не жмёт? Проходит ещё секунд 10-15 после "хлопка", и только после этого Новак выпрямляет руки над головой, причём настолько легко, как будто на штанге нет веса. Нужно было видеть, какой восторг это вызвало у зрителей... А главное, всем стало ясно, что это была своего рода пощёчина судье за нечестность. Когда во второй попытке Новак подошёл к весу 140 кг, "хлопок" последовал вовремя, и Новак так же легко, как и в первый раз, зафиксировал этот по тому времени гигантский вес. Не могу не вспомнить и борьбу за титул чемпиона Европы в заключительном упражнении в толчке между Новаком и финном Велламо. Все знали, что Новак прибыл в Хельсинки не совсем здоровым. У него была травма ноги, и он в рывке не мог показать свои лучшие результаты. После жима и рывка Новак опережал своего ближайшего соперника на 40 кг. А подняв втолчке 140 кг, Новак стал недосягаем для Велламо. Однако Велламо, поддерживаемый соотечественниками и знавший о травме Новака, решил опередить его в главном упражнении - в толчке. Он попросил установить на штангу 145 кг и зафиксировал этот вес. Когда взрыв аплодисментов, приветствовавший успех Велламо, стих, Новак попросил установить 150 кг. Тренеры напомнили нашему спортсмену о травме, но Новак решительным движением руки отстранил их, подошёл к штанге, почти без подседа поднял её на грудь, а затем зафиксировал вес. Уже после соревновании на замечание тренеров, что он мой получить более серьёзную травму, Новак ответил: "Я не мог поступить иначе".

Григорий Новак

В этом был весь Новак: выдающийся атлет, замечательный товарищ, гордость и слава нашего спорта. И когда много лет спустя некоторые наши авторы не совсем лестно отзывались о Григории Новаке, это вызывало боль и огорчение, тем более, что некоторые из них просто подтасовывали факты. Я лично знал всех выдающихся атлетов довоенного и послевоенного времени, знаю многих выдающихся атлетов 70-80-х годов. Для меня, как и для многотысячной армии штангистов, спортивные подвиги Георгия Попова, Григория Новака, Николая Шатова, Якова Куценко, Серго Амбарцумяна, Александра Божко и др. были примером мужества, трудолюбия и высокого патриотизма. Разумеется, выдающийся атлет - это явление весьма редкое и весьма сложное. И при оценке деятельности того или иного спортсмена высокого класса нужно учитывать его общий вклад в развитие тяжёлой атлетики, а не выискивать и сгущать теневые стороны, которые есть у каждого из нас. Прежде в спортсмене нужно ценить его патриотизм, стремление прославить Родину, высокое трудолюбие и преданность спорту. К чемпионату в Хельсинки я был готов хорошо, но тренеры не включили меня в основной состав. Вместо меня выступили Г.Попов и И.Механик. Оба они показали одинаковый результат - 330 кг в сумме троеборья. В таком случае атлетов взвешивают повторно, и более лёгкий занимает первое место. При взвешивании вес у обоих оказался равным и оба они были награждены золотыми медалями. Я очень сильно переживал и почти всю ночь не спал. Видя всё это, Роман Павлович Мороз сказал: "Поедем в Лахти. Там финны проводят соревнования, я попрошу, чтобы ты выступал вне конкурса". Мы поехали. Я прошёл процедуру взвешивания. Пришлось ждать, пока на штанге будет установлен мой начальный вес в жиме - 105 кг. И я с первой же попытки поднял этот вес. Моя сумма в троеборье составила 340 кг, что на 10 кг превысило результат чемпиона Европы. Финские газеты писали, что я чемпион Европы, но как говорят - поезд уже ушёл. На этом чемпионате наша команда выступила очень хорошо. В шести весовых категориях победу праздновали наши атлеты. По возвращении в Москву мы были на приёме у Н.Н.Романова, который очень тепло поблагодарил нас и пожелал успехов на предстоящем чемпионате мира в Филадельфии. Для подготовки мы поехали в Харьков. Там мы жили и тренировались. Сборы были организованы очень хорошо, питание отличное. И наши "мухачи" (так называли наших атлетов в лёгких весовых категориях) оказались намного тяжелее положенного. Помню, как Николай Петрович Лапутин (он выступал в тяжёлом весе) сказал: "Посмотрите на Лопатина. Он уже не Лопатин, а Лапутин". Все рассмеялись. Вообще, у Лапутина был неиссякаемый юмор. Впоследствии он стал ректором Киевского физкультурного института. В сентябре мы должны были выехать в США для участия в чемпионате мира. Делегация была очень представительной. Сталин был в это время в отпуске, и Ворошилов не дал разрешения на поездку. Руководство комитета решило провести матчевую встречу сильнейших атлетов СССР. 17-го сентября атлеты начали борьбу за звание сильнейшего. Я показал результат 350 кг. Это был лучший результат в мире за 1947 год. Результаты в остальных весовых категориях тоже превышали достижения зарубежных атлетов.
 

Просмотр всех сообщений по данной теме
Полный список

Тема Автор Дата
Записки старого штангиста. Часть 1 Сурен Богдасаров 23/10/2004 08:57
Записки старого штангиста. Часть 2 Сурен Богдасаров 23/10/2004 10:37


Free counters!    ,  
Weightlifting database Weightlifting database